Идеи для бизнеса в сфере энергетики

СОДЕРЖАНИЕ
0
41 просмотров
29 января 2019

Альтернативная энергетика: бизнес-идеи

Альтернативная энергетика может стать бизнесом, который будет приносить стабильный и немалый доход. Интересные идеи в этом направлении, читайте в материале BBport.

Мы уже рассказывали о перспективах бизнеса в сфере альтернативной энергетики. Теперь предлагаем Вам несколько интересных бизнес-идей, позволяющих получать энергию «из ничего».

Вращаем — заряжаем

Что делать, если разрядился сотовый телефон, а розетки поблизости нет? Проблему можно решить, воспользовавшись инновационным аккумулятором. С виду он ничем не отличается от обычного, за исключением проделанного в нем сквозного отверстия. Специально разработанная технология позволяет заряжать батарею, вращая ее на пальце руки. Для успешной отправки СМС достаточно двадцать-тридцать оборотов аккумулятора, для двухминутного разговора по телефону – около ста. Разработчики надеются, что такие батареи будут востребованы у любителей турпоходов, рыбаков, охотников и просто любителей всего необычного.

Нефть из бутылок

Специалисты американской компании Envion изобрели способ переработки пластиковых бутылок в нефтепродукты. При этом разработчики отмечают, что их метод экстрагирования углеводородного сырья экологически безвреден, так как основан на использовании термического крекинга в вакууме и не предусматривает использования химических катализаторов. При этом себестоимость тонны готового продукта составляет всего 17 долларов. Из 10 тыс. тонн пластика получается 50 тыс. баррелей нефти.

Танец — в электричество

Владельцы одного из ночных клубов, расположенных в Лондоне, очень оригинально решили проблему электроснабжения заведения, оборудовав танцпол заведения специальными панелями, которые преобразуют энергию от нажатия человеческих ног во время танцевальных движений в электричество. Все посетители на входе подписывают специальное соглашение на участие в процессе выработки электричества. Таким образом, удается покрывать до 60 % всей необходимой клубу электроэнергии и существенно экономить на коммунальных платежах.

Дело времени

В ближайшие 100-150 лет углеводородное топливо останется вне конкуренции по причине распространенности и относительно низкой стоимости. Однако современные технологии и разработки делают альтернативные источники энергии все более дешевыми и доступными. К тому же не стоит забывать, что нефть, уголь и природный газ рано или поздно закончатся. Поэтому потенциал бизнеса в сфере альтернативной энергетики огромен.

Малый бизнес увидел альтернативную энергию

Волгоградская компания «Солнце и Ветер» занимается оборудованием для получения энергии из возобновляемых источников (ВИЭ), при этом основная её аудитория — малый и даже микробизнес. По словам директора компании Инны Исмаиловой, этот сегмент сохраняет положительную динамику даже во время кризиса

— Когда вы вышли на рынок оборудования для получения энергии из возобновляемых источников энергии?

— В бизнесе я с 2004 года. Сначала работала директором по продаже сельхозтехники и запчастей в компании «АгроМир». В 2010 году я побывала на сельскохозяйственной выставке «Золотая Нива», в которой участвовала компания из Казахстана — фирма Polyset с источниками альтернативной энергетики: солнечными коллекторами, ветрогенераторами, солнечными батареями. Это не могло меня не заинтересовать. Тогда я начала выяснять, насколько востребована альтернативная энергетика в ЮФО. Оказалось, что в Южном округе внушительная доля территорий не имеет самых элементарных условий существования — электричества и тепла. Очень большое количество территорий, которые были электрифицированы до провальных 90-х годов, сегодня продолжают банально оставаться без проводов. И максимум, на что могут рассчитывать владельцы этих территорий, это бензогенераторы. В 2011 году была открыта компания «Солнце и Ветер». Когда выходили на рынок, нашей компании помогли партнёры — фирма Polyset. Поскольку территориально мы с ними не пересекаемся и вопроса о конкуренции не возникает, они согласились оказать серьёзную консультационную поддержку.

— Кто сегодня решается устанавливать ветряки, солнечные батареи и коллекторы? Каков портрет вашего покупателя?

— Если давать обобщённый образ, то наш покупатель — это человек, который занимается бизнесом. Преимущественно мы имеем дело с микро- и малым бизнесом. Это может быть коммунальное хозяйство, которому нужно осветить территорию, удалённую от центральной сети, или автономно «запитать» систему видеонаблюдения. Может обратиться рекламное агентство, которому по каким-то причинам отказано в освещении рекламного билборда на территории федеральной трассы или даже центра города. Могут заинтересоваться установкой ВИЭ владельцы частных домовладений, которые планируют снижение затрат на ЖКХ. Часто нашими клиентами становятся сельхозпроизводители, которые занимаются животноводством и растениеводством. По большому счёту, каждый проект стоит рассматривать в индивидуальном порядке. Есть бизнес, которому проще будет подключиться к центральной сети. Это касается почти любого производства промышленного масштаба. С нами пытались сотрудничать партнёры, которые занимались строительством мясного цеха. Был любопытный проект по выращиванию газонов, в преддверии чемпионата мира по футболу это очень актуальный бизнес. Но мы понимаем, что пока не везде эффективны. Хотя инвестора, который занимается развитием, например, турбазы, наша компания вполне могла бы обеспечить.

В последнее время интерес стал проявлять не только бизнес, но и простой потребитель. В основном это клиенты, которые хотят иметь свои автономные дома. Хотя, если начистоту, спрос здесь пока не столь велик. Подобные установки обычно приобретают люди увлечённые, которые верят в инновации. В прошлом году у нас было три таких объекта.

Комплекты оборудования могут быть разные — от 35 до 400 тысяч рублей в зависимости от потребностей. За 35 тысяч рублей вы получите только свет. В основном покупатели хотят, чтобы в доме работали телевизор, холодильник, 5–10 энергосберегающих лампочек и небольшие электроприборы типа зарядного устройства для мобильного телефона. Такой набор оборудования будет стоить порядка 135 тысяч рублей. По зарядной мощности это примерно равно 500 Вт, а выходная мощность около 2 КВт. Но в любом случае это удобнее бензогенераторов, которые необходимо ежедневно заправлять. А цены на бензин растут у нас стабильно и ежемесячно.

— На какой срок окупаемости может рассчитывать клиент, устанавливая на своём доме ветряк или солнечную панель?

— Если говорить о хозяйствах, то, по большому счёту, оборудование начинает окупаться на следующий же день, так как фермер получает возможность нормально развивать свой бизнес. Некогда отрезанные от цивилизации фермы после установки ветряка или солнечной батареи уже могут не тратить колоссальных средств на подведение сетей.

Что касается частного сектора, то тут мы никого не хотим обманывать. С нынешними тарифами на электроэнергию и тепло, конечно, выгодно по-прежнему использовать традиционные источники энергии. Если у человека есть в доме и свет, и газ, но он решает купить оборудование для полной автономии — ветряки, солнечные батареи или солнечные коллекторы, — срок окупаемости зашкаливает за 20 лет. Понятно, что нормальный срок окупаемости любого инвестпроекта не должен превышать 5–7 лет. И чтобы развивать продажи для частных покупателей, нам надо ждать либо пока тарифы на традиционные источники вырастут, либо пока китайцы завалят нас совсем дешёвыми комплектующими для оборудования.

Однако есть и ещё один вариант — работа с коттеджными посёлками. Скажем, подключение к традиционным источникам для такого комплексного объекта обойдётся примерно в 800 тысяч рублей. Мы же за эти же деньги можем обеспечить полную автономию, причём после установки оборудования платить больше ни за что не нужно, и цены на тарифы ЖКХ уже не будут волновать.

Или же возьмём удалённые сельские поселения в 10–20 домов, где до сих пор нет газа. Они включены в региональную программу газификации. Однако, как правило, на одно только проектирование уходят десятки миллионов рублей. Эту проблему можно было бы решить с помощью установки автономного источника электроэнергии. И даже по проектной стоимости установок ВИЭ будет в 3–4 раза дешевле. Подобных «отрезанных» населённых пунктов в России очень много. Хотя рассчитывать, что власти возьмутся за такой проект, пока надеяться не приходится. Куда стабильнее работать под конкретного потребителя.

Расширить «рабочий радиус»

— Какие территории вы рассматриваете как наиболее перспективные, какова география поставок?

— Сегодня мы работаем в Волгоградской, Ростовской, Астраханской областях и в Калмыкии. Естественно, начинали с «домашнего» региона — Волгоградской области, там были первые крупные заказы: животноводческая ферма Челюканова и колхоз имени Кирова. Потом начали расширяться — вышли в Калмыкию и Астраханскую область. Там тоже высокий уровень потребности в независимом электроснабжении. А солнечная активность во всех этих территориях примерно одинаковая.

— Почему в этом списке отсутствует Краснодарский край?

— В этом регионе мы планируем наладить дилерскую сеть и сейчас ищем для этого партнёров. Пока мы самостоятельно устанавливаем оборудование и обслуживаем его. И, как всякая сервисная компания, имеем свой «рабочий радиус». Сейчас он составляет 500–600 километров. Предоставлять сервис за тысячу километров нецелесообразно и невыгодно. Однако расширить свою географию мы сможем за счёт партнёрских сетей. На данный момент в перспективе рассматриваем не только Краснодарский край, но и рынок СКФО — Ставрополье и Чечню.

Какие позиции на освоенном рынке вы занимаете? Какие компании являются основными конкурентами в вашем сегменте?

— В Волгоградской области есть две-три компании. Но пока сильной конкурентной борьбы не ощущается, каждый работает в своем сегменте. Как правило, у собственников аналогичных компаний в нашем регионе развитие ВИЭ — непрофильный бизнес. У них есть ещё несколько ключевых бизнесов, а альтернативная энергетика привлекает возможностью быть сопричастным инновациям. Кто-то же рассчитывает войти в региональные программы по данному сектору. При этом можно по пальцам сосчитать компании, которые реально продают продукцию. Основная конкуренция сосредоточена на дилерстве и субдилерстве. То есть пока ещё многие игроки на этом рынке предпочитают зарабатывать за счёт наценки при перемещении товара. У них есть налаженные связи с таможней, они могут быстро перевезти и перепродать оборудование дальше по цепочке. Фирм, которые непосредственно работают от завода до конечного потребителя, всего пять-шесть по всему ЮФО.

Какие предприятия являются вашими основными поставщиками?

— В основном закупаем и устанавливаем китайское оборудование. И надо отметить, что торговые и дипломатические отношения между нашими странами год от года только укрепляются, что идёт на пользу рынку ВИЭ. Может быть, впоследствии будут ликвидированы какие-то налоги и пошлины. Пока оборудование доходит в нашу страну, оно дорожает минимум на 40 процентов, так как на этот вид товаров действует большое количество таможенных сборов.

Хотя и сегодня некоторый прогресс налицо. В 2011 году услуги компании «Солнце и Ветер» были втрое дороже. Если раньше один ватт солнечной энергии мы покупали за 150 рублей, то сегодня мы уже конечному потребителю продаём этот объём энергии за 50 рублей. Но и это ещё довольно дорого, в перспективе надо снижать цену до 30 рублей. Такое уменьшение цены стало доступным только благодаря тому, что подешевело само оборудование.

Сколько проектов было реализовано компанией? И с какой динамикой удавалось развивать бизнес?

— В прошлом году мы заключили более 150 договоров на установку и обслуживание оборудования. Если учитывать, что «Солнце и Ветер» преимущественно сотрудничает с малым и микробизнесом, то есть с реальными деньгами, а не с заёмными кредитами или госпрограммами, то это очень хорошие показатели. В 2014 году мы опережаем показатели прошлого года. Я оцениваю это как успешное развитие, тем более, что за первый год работы нам удалось провести всего 10 проектов, а в 2012 году установить 50–60 объектов.

Можно ли утверждать, что сегодня формируется потребительский спрос на альтернативные источники энергии? Или же такие проекты всё ещё воспринимаются рынком как экспериментальные?

— Безусловно, определённое движение происходит. Хотя всё ещё ощущается некоторая недоинформированность населения и бизнеса. Многим кажется, что солнечные панели, как и всякие инновационные технологии, обойдутся в какие-то запредельные суммы. К тому же негативно сказываются и пробелы в российском законодательстве. Мы же не в Германии живём. Там прикрутил на крышу солнечную панель, принёс документы на неё в свой муниципалитет, и тебе предоставили налоговые льготы. Хотя Германия не единственный пример, в Казахстане в этом вопросе тоже успели далеко уйти. Рынок там лучше развит, в том числе благодаря госпрограммам. Но самое главное, в Казахстане, как и во многих европейских странах, владельцы ВИЭ имеют право продавать полученную электроэнергию. При этом основным поставщиком оборудования, как и в России, выступает Китай. Мы ставим то же оборудование, но из-за того, что потребитель не имеет права передавать полученную энергию в центральные сети, установки иногда вынуждены работать вхолостую. После того, как солнечная энергия зарядила батарею, включается прибор-контролёр, который просто сбрасывает излишки в воздух. Ситуацию невозможно изменить, пока не будут внесены поправки в законодательную базу. В Европе, Казахстане разработан чёткий тариф, сколько такая энергия стоит. И такой доход выгоден любому частному домовладению. Отсюда, как следствие, сокращение срока окупаемости оборудования и увеличение спроса на рынке.

Сегодня на первый план вышел тренд импортозамещения. Сотрудничаете ли вы с российскими производителями?

— Мы сотрудничаем с отечественными компаниями, но все они, к сожалению, не производители данного оборудования. Все товары и оборудование производятся в Китае, это давно не секрет. Компании всего мира размещают заказы на производство товаров в Китае. Причём китайские производители предлагают размещение любого бренда на товаре, это тоже ни для кого не секрет. Можно заказать производство чего угодно и назвать своим именем, далее включаются логистика и таможня. Поэтому говорить о чисто российском производстве пока не приходится. Всё сделано в Китае.

Дорожают ли сегодня комплектующие и оборудование? Согласны ли вы с прогнозом, что в связи с падением рубля рынок ВИЭ в России может рухнуть?

— Удорожание продукции, конечно, происходит, но спросу это пока не мешает. Наоборот, по нашим оценкам, в последние месяцы даже стимулирует к покупке. Что касается влияния неустойчивого положения рубля на рынок ВИЭ, давать отрицательные прогнозы мы пока не спешим. Хотя тревожные ожидания, безусловно, есть.

Возобновляемая энергетика в России: как местный бизнес осваивает «оружие Запада»

Крупнейшие игроки энергетического рынка решили возглавить развитие «зеленой» генерации в России и планируют начать экспорт соответствующего оборудования за рубеж. Более того, выяснилось, что солнечные и ветряные электростанции могут заметно снизить стоимость энергии в ряде регионов, а также уменьшить частоту отключений потребителей.

Еще в 2013 году позиция большинства чиновников и бизнесменов от энергетики была простой и ясной: «У богатых свои причуды. такие источники не способны себя окупать. ветряки не являются источниками, на которые можно рассчитывать» (старший вице-президент «Атомстройэкспорта» А. Полушкин). Возобновляемая энергетика, соглашался еще год назад А. Матрейкин из Минэнерго, — «оружие Запада против России». «В ближайшие 30 лет структура потребляемых первичных источников [энергии] меняться не будет» (В. В. Путин). Госпрограмма «Энергоэффективность и развитие энергетики РФ» до 2020 года выделяла на поддержку ВИЭ 1,8 млрд рублей, а угольной энергетики — 38 млрд рублей. Вопрос о том, зачем субсидировать производство энергии на ТЭС, если оно дешевле, чем на ВЭС, даже не ставился.

Сегодня все иначе: «Росатом» создал дочернюю компанию «ВетроОГК» и собирается делать ветряки в России, «Хевел» уже строит солнечные электростанции в самых разных регионах страны, а правительство серьезно прорабатывает новые методы стимулирования инвестиций в эти области. Что изменилось в этой ситуации настолько, что позиция местного бизнеса и властей развернулась на 180 градусов?

От причуд богатых к энергии для бедных

Ключевым фактором стало снижение LCOE (полной приведенной стоимости электроэнергии) для ВИЭ. По данным Lazard, за последние пять лет для солнечных электростанций она упала более чем в пять раз, до уровня угольной энергетики в целом ряде стран мира — и даже в ряде штатов США, где есть свой недорогой уголь. Стоимость ветряного киловатт-часа упала всего втрое, однако он и начинал с более низкого уровня. Поэтому сейчас дешевле крупных ветряков энергию умеют производить только газовые ТЭС в России и США (плюс крупные ГЭС). Страны, импортирующие газ, не могут добиться и такого — там ТЭС производят энергию дороже ветра.

Второй важнейший момент — дискредитация идеи, что «ВИЭ не являются источниками, на которые можно рассчитывать». Пока массовое строительство СЭС и ВЭС было чистой теорией, их противники справедливо указывали, что Солнце ночью не светит и даже днем из-за облаков дает нестабильную генерацию. Не более устойчив и ветер. Практика внедрения их в энергосистемы показала совсем иное. Выяснилось, что Германия по мере наращивания выработки солнечных и ветряных электростанций резко снизила число отключений: с 21,53 до 12,73 минуты в год на потребителя, то есть, напротив, повысила надежность работы сетей. В США, где доля ВИЭ в несколько раз ниже, частота блэкаутов намного больше. Причина кажущегося парадокса — в давно предсказанном в ряде научных работ явлении. Традиционная энергетика построена на относительно небольшом количестве крупных электростанций, к которым ведут соответствующие ЛЭП. Сбой в одном из узлов этой системы приводит к нарушению снабжения сразу множества потребителей. Солнечные панели и ветряки постоянно меняют генерацию — в одном месте она растет, в другом падает, но из-за того, что солнечных панелей в этой системе миллионы, а ветряков — сотни тысяч, все разом перестать генерировать они не могут.

Сочетание этих двух факторов начало ощутимо изменять структуру инвестиций в мировую энергетику и структуру потребляемой энергии. Каждый двадцатый киловатт-час уже вырабатывается ВЭС и СЭС, и есть ряд стран, где их доля превысила 50%. Одни только ВЭС в 2016 году обогнали всю российскую электрогенерацию.

Бизнес взялся за «оружие Запада против России»

Первым среагировали новые игроки на энергорынке — типа компании «Хевел», в 2015 году начавшей строительство солнечных электростанций с использованием фотоэлементов собственного производства. По итогам конкурсных отборов инвестиционных проектов она набрала обязательств на 434 МВт мощностей солнечных электростанций для постройки в России с 2015 по 2020 год. Чуть больше 100 МВт из них уже построены, в первую очередь — в солнечных регионах, где не очень развита традиционная генерация, например на Алтае.

Однако сильная сторона компании, скорее всего, начнет себя проявлять с 2017 года. С июля этого года она ставила на свои электростанции фотоэлементы с завода в Новочебоксарске, сделанные по купленной в Швейцарии технологии. Покупали ее несколько лет назад, а за это время в гелиоэнергетике КПД новых модулей резко возрос. Швейцарская технология дает КПД вдвое ниже современных китайских аналогов. Казалось бы, типичный кейс — новичок входит на быстроразвивающийся высокотехнологичный рынок и проигрывает, потому что на нем нечего делать без своих собственных разработок. Действительно, новую технологию не продадут, а если и продадут, то к концу ее локализации она уже устареет.

Но швейцарский пример «Хевел» кое-чему научил. Уже три года он вкладывает небольшие, но ощутимые средства в собственный центр разработки при питерском Физтехе им. Иоффе. Там решили взяться за очень сложную задачу — изготовление новых гетероструктурных (двухслойных) кремниевых солнечных батарей на совершенно неприспособленном для этого оборудовании, уже завезенном ранее для фотоэлементов с вдвое более низким КПД. Чтобы понять уровень проблемы, стоит сказать, что из крупных игроков только Panasonic (и сотрудничающая с ним Tesla) выбрали гетероструктурные батареи за их высокий КПД. Остальные опасаются браться за подобное производство: оно довольно сложно с технологической точки зрения. Несмотря на то что это сверхамбициозная задача, в июле этого года «Хевел» заявила, что она решена, и новочебоксарский завод мощностью на 160 МВт солнечных батарей в год начал выпуск новинки.

Увы, стоимость их на киловатт мощности несколько выше китайских конкурентов, что, впрочем, типично и для гетероструктурников Panasonic. Компания уже освоила первые «экспортные» 5 МВт в ЮАР, выбрав потребителем сеть складов, у которых ограничена свободная площадь для фотоэлементов. В таких условиях 22% КПД новых солнечных батарей иногда оказываются чуть важнее цены.

Попутный ветер

Крупнейший игрок, отреагировавший на тектонические изменения в секторе ВИЭ, — это Росатом. С одной стороны, он самый неожиданный, поскольку это самая успешная российская компания в энергетической области. Ни одна другая не добивается таких успехов в экспорте, а ее атомные реакторы не только дешевле американских аналогов, но и высокотехнологичны. Портфель экспортных заказов корпорации — $130 млрд. В России вообще нет компаний, производящих хоть что-то сложное с таким объемом заказов из-за рубежа. Нет их и в атомной индустрии любой другой страны мира. Зачем самому эффективному в мире игроку ядерной отрасли нужны ВИЭ?

Ответ довольно прост — высокотехнологичные компании в России должны смотреть чуть дальше других. «Безуглеродные «чистые» источники электрогенерации — стратегия Росатома. И атомная энергетика, и ветроэнергетика являются «зелеными» видами производства электроэнергии, без выбросов CO2. «Мы диверсифицируем и расширяем наш бизнес именно в области ветроэнергетики в том числе и потому, что наши машиностроительные мощности позволяют производить оборудование для ветропарков», — прокомментировали Forbes в департаменте коммуникаций госкорпорации «Росатом» интерес к ВИЭ.

Возможно, есть еще одна причина, предполагаю, что продажи АЭС будут стагнировать. У Росатома практически нулевые шансы построить их на самых больших энергетических рынках планеты — в ЕС, США и Японии, а страны третьего мира просто не могут стать достаточно емким рынком. Более того, в США и Европе АЭС уже закрываются по ценовым или идеологическим соображениям. Остаются плавучие АЭС, но и тут рынок ограничен странами третьего мира, а по стоимости атомного киловатт-часа такие компактные реакторы превосходят «нормальные» АЭС.

Росатом уже выиграл конкурсы на строительство в России 610 МВт ветряков до 2020 года, инвестиции в обеспечение этого процесса — 83 млрд рублей. Среди их целей — локализации производства ветряков на 65%. Импортные компоненты для них пока будет поставлять голландский партнер корпорации — Lagerwey. Это не очень большая компания, согласившаяся на полную передачу технологий российской стороне. В портфеле ее технологических решений — вполне современные ветряки мощность вплоть до 4 МВт. После 2020 года партнеры рассчитывают не только продолжать строительство ВЭС в России, но и перейти к следующему этапу — экспорту, ключевой стратегической задаче Росатома.

Ситуация на энергетическом рынке нашей страны известна: многие гигаватты избыточных мощностей и отсутствие роста спроса. Давно известное правило мировой энергетики состоит в том, что в нерастущих экономиках генерация заметно увеличиваться не может. Кумулятивный рост ВВП за последние десять лет в России крайне мал, и ни у кого нет четкого понимания того, когда такая ситуация изменится. Здесь можно строить сотни мегаватт, а вот гигаватты «новой энергетики» уже просто некуда девать. Зато мировой рынок ветряков — совсем другая история. В прошлом году инвестиции в новые ВЭС составили $109 млрд (ввод десятков гигаватт). Примерно половина из этой суммы — стоимость самих ветряков. Даже 10% от такого рынка могут обеспечить долгосрочный портфель заказов, который не уступит нынешним 130 «атомным» миллиардам.

Кроме того, с 2014 года инвестиции в ВИЭ в развивающихся странах превысили инвестиции развитых стран — былая игрушка богатых стала дешевым решением для бедных. А это значит, что ветряки интересны перспективным для российского бизнеса рынкам. Как показывают события последних лет, западные страны в любой момент могут принять ограничения, закрывающие любой российской компании доступ на их рынки. Индия, Китай и Бразилия — лидеры по вложениям в ВИЭ — санкции не введут, поскольку сами достаточно сдержанно относятся к их инициаторам из развитых стран. Поэтому с ними можно заключать долгосрочные контракты без риска разрыва.

Конечно, новая сфера деятельности кроме выгод несет и существенный риск. Lagerwey — недостаточно крупная компания, поэтому она не разрабатывает самый технологически продвинутый на сегодня сектор рынка ветряков — выше 200 метров (по верхней кромке лопастей) и мощностью до 9,5 мегаватт и более. Зато такие системы делает Vestas и другие мейджоры. Чем крупнее ветряк, тем дешевле вырабатываемая им электроэнергия, а значит, локализовав умеренные по размерам турбины Lagerwey, Росатом может оказаться в ситуации «Хевела», стать покупателем технологии, которая за время ее копирования просто устарела и дает слишком дорогое электричество. Впрочем, в корпорации это понимают и уверенно заявляют, что уже предпринимают усилия по запуску собственных разработок в этой области. Это значит, что и выйти из надвигающихся сложностей она может по траектории «Хевела» — перейдя от чужой и постепенно устаревающей технологии к своей, более современной.

Источники: http://bbport.ru/ideas/show/aliternativnaja-jenergetika-biznes-idei/, http://expert.ru/south/2015/01/malyij-biznes-uvidel-alternativnuyu-energiyu/, http://www.forbes.ru/tehnologii/349495-vozobnovlyaemaya-energetika-v-rossii-kak-mestnyy-biznes-osvaivaet-oruzhie-zapada

Комментировать
0
41 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
Бизнес-идеи
0 комментариев
Бизнес-идеи
0 комментариев
Бизнес-идеи
0 комментариев
Бизнес-идеи
0 комментариев